ФОНД "В ЗАЩИТУ ПРАВ ЗАКЛЮЧЕННЫХ"
+18

Получатель гранта Президента Российской Федерации 
на развитие гражданского общества, 
предоставленного Фондом президентских грантов в периоды 
01.09.2017-30.11.2018, 
01.01.2017-30.09.2017,
   01.09.2015–31.08.2016, 
01.09.2014–31.08.2015,
 01.12.2012 – 31.10.2013



14 февраля 2019 года Минюст внес Фонд "В защиту прав заключенных" в реестр "некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента"


Мы в соцсетях





ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНЫЕ




 




 
Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных





Наши друзья






 

МХГ

amnesty international
 
Комитет За гражданские праваЦентр содействия реформе уголовного правосудия
 
Политзеки.Ру
 
 
МЕМОРИАЛКомитет Гражданское содействие

Общественное объединение СУТЯЖНИКСОВА. Информационно-аналитический центр
 
 


 




Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных

25 март 2011 г.
Нужны ли прокурорские проверки учреждений УИС РФ или еще раз об их эффективности
Многие из нас, кто непосредственно сталкивался с разрешением проблемы нарушений прав осужденных, заранее известен ответ, который придет из местных органов прокуратуры или от регионального руководства ФСИН. Как правило, в результате их ╚кропотливых╩ проверок факты, изложенные в наших обращениях, ╚не нашли своего подтверждения╩. Позиция руководства ФСИН в данном вопросе мы еще можем как-то объяснить. Действительно, кому же из руководства захочется добровольно признаться в том, что не все так спокойно в их ╚датском королевстве╩.

Иначе сказать, мало кто из начальников Управлений, я не говорю уж о начальниках исправительных учреждений, сознается в том, что в нарушение требований ст.11 УИК РФ, заключенных с первого дня их пребывания в ИУ сотрудники начинают подвергать моральным унижениям и оскорблениям, а к тем, кто посмеет попытаться возразить на подобное ╚гостеприимство╩,  можно применить более существенные аргументы -  в виде применения физической силы. При этом в ряде исправительных учреждениях, например, в ФБУ ИК-6 Кировской области, осужденных начинают беспричинно избивать дубинками по пути от автозака до двери карантинного отделения. Об этом в своем заявлении нам поведали бывшие сидельцы ИК-6 Павел Ф., Виктор Д., Вячеслав П. и др. Мы намеренно не называем их фамилии, мало ли какой сюрприз им может преподнести судьба. Ведь в России от сумы и от тюрьмы не зарекаются.

К сожалению, о подобных примерах информация к нам поступает из различных регионов нашей страны. Не иссякает поток жалоб из Кемеровской области (ИК-5, ИК-11; ИК-40 вообще является закрытой зоной, т.н. ╚черной дырой╩, поскольку о бесчинствах и жестокостях сотрудников этой колонии можно узнать только от освободившихся осужденных), из Владимирской и Челябинской областей, из Мордовии и Камчатки. Этот список можно еще долго продолжать, т.к. мы хорошо знаем о том, что нельзя признать за факт благополучия в УИС какого-либо региона, если оттуда нет никакой информации. Наоборот, для нас -правозащитников это весьма тревожный звонок, свидетельствующий о более массированной закрытости системы от общественного контроля со стороны гражданского общества.

Здесь мы подошли к другой проблеме, с которой сталкивается практически любой осужденный, который не согласен мириться со ╚скотскими╩ условиями содержания или с произволом, творимым сотрудниками учреждений. Зачастую их жалобы в правоохранительные органы вообще не выходят за ворота учреждения, если в них говорится о грубейших нарушениях прав осужденных. Это мы уже не раз проверяли, когда осужденные отправляли в наш адрес параллельным курсом по два экземпляра своих обращений: один путь официальный √ через спецчасть учреждения, а второй √ нелегальный. Не трудно догадаться, что в первом случае письма до адресата доходят редко, а во-втором √ всегда.

Конечно, мы всегда реагируем на любой тревожный сигнал, поступивший из исправительных учреждений. Но механизм наших ответных действий ограничен рамками закона. Например, узнав о преступлении или преступных деяниях, мы сообщаем об этих фактах контролирующие органы: прокуратуру и ОНК, которые в законодательном порядке имеют право по ╚горячим следам╩ осуществить их проверку. Зачастую, из-за отсутствия финансирования оплаты транспортных услуг, не все ОНК способны оперативно реагировать на наши просьбы о совместном участии в этих проверках. К сожалению, вынужден констатировать и тот факт, что в состав ОНК приходят случайные, я бы сказал, весьма равнодушные к проблемам заключенных, люди. Более того, в состав многих ОНК активно ╚внедряются╩ бывшие сотрудники МВД, ФСИН и других силовых структур, которые всеми своими действиями, руководствуясь своими внутренними убеждениями и заведомо предвзятым отношением к осужденным, дискредитируют функцию общественного контроля за соблюдением законности в ИУ. Нам даже известен случай, когда в присутствии члена ОНК сотрудники колонии избивали осужденного. Но схватить за руку и привлечь к ответственности такого контролера-общественника практически невозможно, ведь он ╚работает╩ за идею, а не за зарплату.

Другое дело сотрудник органов прокуратуры, который на основании ч.1 ст.1 ФЗ ╚О прокуратуре Российской Федерации╩ обязан осуществлять ╚от имени Российской Федерации надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации╩. Скажу более, позиция нашего Фонда ╚В защиту прав заключенных╩ ни на йоту не противоречит действующему законодательству страны. Всегда и везде от органов государственной власти и её структур, равно как и от самих заключенных, мы требуем неукоснительного соблюдения закона.

Если любому осужденному предписано в период отбывания наказания строго придерживаться ПВР ИУ, то в данном случае эти правила внутреннего распорядка не должны нарушаться и сотрудниками исправительных учреждений. Скажите, где написано, что при водворении осужденного в ШИЗО, его обязательно должны подвергать избиению? В каком законе прописано о том, что только за подачу ходатайства в суд на предоставление УДО, осужденного начинают ╚прессовать╩, выписывая ему взыскания по надуманным основаниям? Где сказано о том, что больной осужденный, которому врачом предписан постельный режим, обязан вскакивать с кровати для приветствия сотрудника администрации учреждения? Какой приговор суда предусматривает осужденному дополнительное наказание в виде приобретения тяжелых, зачастую смертельных заболеваний таких, как туберкулез, гепатит, СПИД и др., которые ранее здоровый человек приобретает в период отбывания своего наказания по причине вынужденного контактирования с больными людьми (как правило, это происходит во время этапирования или совместного нахождения в ╚привратках╩, равно как и в результате нарушения условий содержания: скученность, тепловой режим, влажность, отсутствие должной вентиляции, некачественное медицинское обслуживание и др.)?  Многие прокуроры даже не обращают внимание на такие ╚мелочи╩ арестантской жизни, полностью игнорируя законные требования, предписанные в УИК РФ и ПВР ИУ. Все уже привыкли к тому, что на свои обращения из прокуратур вместо аргументированных ответов на каждый поставленный вопрос поступят банальные типовые отписки типа, факты не подтвердились, претензии необоснованны.

В таком случае возникает вопрос, а нужны ли нашему обществу сотрудники прокуратур по надзору за соблюдением законности в ИУ, если вся их функция сводится не к реальному реагированию на каждый факт нарушения закона, с привлечением к ответственности должностных лиц за его нарушение, а всего лишь к написанию очередной отписки?

Заключенные иронизируют, они твердо убеждены, что в любой прокурорской или иной ведомственной проверке есть свои маленькие плюсы. Например, чем выше статус проверяющей комиссии, будь то областная или из Москвы, то на весь период её работы в жизни простых арестантов появляются маленькие радости: почему-то вдруг начинает хорошо работать отопление в жилых помещениях, а в банях появляются дополнительные лейки, из которых льется горячая вода, каким-то странным образом осужденных начинают кормить сносной едой, в свободное время можно смотреть телевизор и даже переключать каналы. В одночасье сотрудники учреждения перестают говорить матом и оскорблять осужденных, называя их телом, более того, в присутствии членов комиссии сотрудники даже умеют вежливо обращаться к осужденным на ╚Вы╩, т.е. так как это прописано в ПВР ИУ, и их (осужденных) на время проверки уже перестают беспричинно избивать. В неизвестность растворяется каста привилегированных активистов из числа осужденных, бывших СДПшников. Только вот зачастую после окончания этих проверок всё возвращается на своё прежнее место. А все те хорошие изменения в жизни и быту осужденных каким-то невероятным образом почему-то моментально исчезают до следующей проверки. Да к тому же, вероятно, за ╚вежливое╩ обращение, да за разговоры с членами комиссий все те осужденные, которые осмелились на это, теперь как-то просто обязаны осознать свое поведение. Иногда для этого отводится 15 суток ШИЗО, правда, сотруднику учреждения для этого нужно обязательно придумать любой подходящий повод.

Возможно, кто-то, читая эти строки, узнает в них себя, кто-то грустно улыбнется, а кому-то будет не до смеха. Но такова реальность, которую все равно надо менять всеми доступными законными средствами.

Нашему Фонду, также как и многим заключенным, уже давно надоела бессмысленная писанина-переписка с правоохранительными органами. По этой причине мы пришли к выводу о том, что для искоренения видимости проведения ╚холостых╩ прокурорских проверок, ╚выхлопом╩ которых являются отписки, во время опроса конкретного осужденного обязательно должен присутствовать его адвокат или законный представитель, из числа близких родственников или правозащитников, осуществляющий свою деятельность на основании доверенности. Мы считаем, что только при выполнении именно этих условий проведения проверки фактов, событий или иных претензий, изложенных в жалобе осужденного или его родственника, можно объективно установить обоснованность заявленных претензий, что позволит проверяющему прокурору в своем письме дать аргументированный ответ о наличии или отсутствии оснований для прокурорского реагирования. Более того, мы также считаем необходимым принимать во внимание только письменный отказ за подписью самого осужденного от своих претензий к условиям содержания или непосредственно к сотрудникам учреждений, если он написан в присутствии его адвоката или законного представителя, соответственно, при наличии второй подписи адвоката или законного представителя.

Подобная практика начинает работать во Владимирской области. Мы надеемся, что все те, кому не безразлична судьба людей, отбывающих наказание в местах лишения свободы, откликнутся на наше предложение и дадут свои рекомендации или предложения по вопросу эффективности прокурорских проверок. В свою очередь мы обязательно постараемся обобщить положительный опыт по данному вопросу и выйти со своими предложениями в Генеральную прокуратуру РФ.
СТАТИСТИКА
ПО ДЕЛУ
2 сентябрь 2021 г.
16 июнь 2021 г.
16 июнь 2021 г.
15 июнь 2021 г.
31 май 2021 г.
27 январь 2021 г.
18 январь 2021 г.
14 январь 2021 г.
15 декабрь 2020 г.
10 декабрь 2020 г.

© 2006 Фонд "В защиту прав заключенных"