ФОНД "В ЗАЩИТУ ПРАВ ЗАКЛЮЧЕННЫХ"
+18

Получатель гранта Президента Российской Федерации 
на развитие гражданского общества, 
предоставленного Фондом президентских грантов в периоды 
01.09.2017-30.11.2018, 
01.01.2017-30.09.2017,
   01.09.2015–31.08.2016, 
01.09.2014–31.08.2015,
 01.12.2012 – 31.10.2013



14 февраля 2019 года Минюст внес Фонд "В защиту прав заключенных" в реестр "некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента"


Мы в соцсетях





ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНЫЕ




 




 
Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных





Наши друзья






 

МХГ

amnesty international
 
Комитет За гражданские праваЦентр содействия реформе уголовного правосудия
 
Политзеки.Ру
 
 
МЕМОРИАЛКомитет Гражданское содействие

Общественное объединение СУТЯЖНИКСОВА. Информационно-аналитический центр
 
 


 




Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных

27 январь 2014 г.
О посещении колоний в Рязанской области

Валентин Богдан, юрист Фонда "В защиту прав заключенных":

24 января с.г. я  посетил ИК-3 и ИК-1 УФСИН России по Рязанской области. Как ни странно, проблем с допуском к осужденным у меня не возникло. Правда, со стороны рядового состава сотрудников ИК-1, оформляющих пропуска для свиданий, была озвучена фраза: если Вы не адвокат, то свидание будет происходить как кратковременное свидание осужденного с родственником, т.е. через стекло и по телефону. Для этого мне предложили заполнить бланк стандартного заявления. Я же помимо этого бланка передал им своё личное заявление на имя начальника колонии, в котором указал конкретные условия своего свидания, а именно: наедине с осужденным и без средств связи. К чести начальника ИК-3 Докукина Александра Андреевича, он удовлетворил мою просьбу. Я общался со своим подопечным Г. наедине в "адвокатском" кабинете.

А вот с заверением доверенности на моё участие в уголовном процессе произошла непредвиденная осечка. Юрист-консультвнт ИК-3 был непримирим. Я ╚битый час бодался" с этим молодым, но весьма ретивым юристом колонии, который с "пеной у рта" доказывал начальнику колонии, что он не имеет права заверять доверенность осужденного на представление его интересов в уголовном процессе. Более того, он застращал его правовой и даже материальной ответственностью, если, не дай Бог осужденный выиграет процесс по обжалованию приговора и заявит иск о компенсации ("за бесцельно прожитые годы"). А в обоснование своей позиции этот юрист приводил следующее: 1) в ГК РФ предусмотрено право начальнику ИУ заверять только доверенности на проведение гражданско-правовых сделок и ничего не говорится об уголовном процессе; 2) при этом в отношении заверения доверенности на участие по уголовному делу есть целое письменное распоряжение бывшего директора ФСИН России Реймера ╧10/1-3628 от 12.10.10г. Ясно, что этот ненормативный акт противоречит праву осужденного защищаться "иными средствами и способами, не запрещенными" УПК РФ, поскольку осужденный вправе воспользоваться юридической помощью, например, по обжалованию приговора, не только с участием адвоката, но и иного лица, допущенного судом в качестве защитника (ч.2 ст.49 УПК РФ). Не будем вдаваться в детали, думаю, здесь все предельно ясно. А как быть, если такого постановления нет, а помощь необходима? Проблема заключается в том, что помимо судебных заседаний есть масса побочных, но крайне важных дел, возникающих в ходе обжалования приговора: знакомство с материалами дела или изготовление их копий, подача жалоб от своего имени, обращения в прокуратуры, запросы иных документов, проведение экспертиз, проведение опроса свидетелей, подача жалобы в ЕСПЧ и т.д. Вот здесь-то весьма необходима доверенность на представление интересов по уголовному процессу.

Дураку понятно, что Реймеру и всей его команде защитники неадвокаты были, как кость в горле, которые наряду с адвокатами и отдельными добросовестными ОНКашниками заставляли сотрудников учреждений соблюдать требования УИК РФ и ПВР ИУ, мешали безнаказанно избивать арестантов и незаконно обогащаться за счет родственников осужденных, а также "тырить" денежные средства, выделенные на ремонты, униформу, те же браслеты. Вот поэтому и родился документ, запрещающий начальникам учреждений заверять доверенности от осужденных для участия защитников-неадвокатов в уголовном процессе.

Очень не хочется, но придется судиться с администрацией ИК-3, о чем я лично уведомил начальника колонии. Хотя, по большому счету нужно в судебном порядке отменять незаконное распоряжение Реймера. Как говорится, Реймера уже давно "ушли", а его ╚поганенькое╩ дело живет и здравствует.

Посетив осужденного Б. в ИК-1, я столкнулся еще с одной очень важной проблемой, которая заключается в том, что человек получив решение суда об освобождении от отбывания дальнейшего наказания, вступившее в законную силу, продолжает находится под арестом до тех пор, пока в спецчасть колонии не поступят оригиналы судебных документов. В этом случае весьма циничной является позиция прокуратуры Рязанской области по надзору за соблюдением законов в ИУ и администрации ИК-1. Ведь именно представление этой прокуратуры в областной суд об отмене постановления об осыобождении по УДО, отправленное в спецчасть колонии в последний десятый день по факсу, почти на три месяца отсрочило освобождение моего подопечного. А вот когда областной суд вынес апелляционное определение, т.е. наступил срок освобождения, то в этом случае ни прокуратура, ни администрация ИК-1, зная о судебном решении, не предприняли никаких соответствующих мер для его незамедлительного исполнения.      


СТАТИСТИКА
ПО ДЕЛУ
2 сентябрь 2021 г.
16 июнь 2021 г.
16 июнь 2021 г.
15 июнь 2021 г.
31 май 2021 г.
27 январь 2021 г.
18 январь 2021 г.
14 январь 2021 г.
15 декабрь 2020 г.
10 декабрь 2020 г.

© 2006 Фонд "В защиту прав заключенных"