ФОНД "В ЗАЩИТУ ПРАВ ЗАКЛЮЧЕННЫХ"
+18

Получатель гранта Президента Российской Федерации 
на развитие гражданского общества, 
предоставленного Фондом президентских грантов в периоды 
01.09.2017-30.11.2018, 
01.01.2017-30.09.2017,
   01.09.2015–31.08.2016, 
01.09.2014–31.08.2015,
 01.12.2012 – 31.10.2013



14 февраля 2019 года Минюст внес Фонд "В защиту прав заключенных" в реестр "некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента"


Мы в соцсетях





ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНЫЕ




 




 
Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных





Наши друзья






 

МХГ

amnesty international
 
Комитет За гражданские праваЦентр содействия реформе уголовного правосудия
 
Политзеки.Ру
 
 
МЕМОРИАЛКомитет Гражданское содействие

Общественное объединение СУТЯЖНИКСОВА. Информационно-аналитический центр
 
 


 




Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных

4 май 2009 г.
Воробьи в мундирах

Дело Ходорковского: Судью и обвинителей парализует страх

В среду 29 апреля я побывал на процессе Ходорковского-Лебедева. Даже яркие зарисовки Шендеровича не в состоянии передать всей кошмарной сюрреалистичности происходящего. Лучше один раз увидеть...

Четыре автоматчика в черной униформе и бронежилетах держат под прицелом аудиторию примерно человек на 25. Через день после "геройств" майора Евсюкова было крайне неуютно ощущать направленное тебе в грудь дуло автомата.

Помимо экипированных с ног до головы автоматчиков в зале также постоянно находятся 5-6 вооруженных пистолетами омоновцев.

В стеклянную клетку, специально сооруженную для этого процесса, Ходорковского и Лебедева проводят по лестнице, прикованными наручниками к своим конвоирам.

Ни у кого не должно оставаться никаких сомнений √ судят особо опасных государственных преступников.

Однако зловещий антураж свидетельствует совсем не о силе и уверенности организаторов этого постыдного фарса.

Не надо быть Вольфом Мессингом, чтобы почувствовать эманации страха, заполонившие малюсенький зальчик судебного заседания.

Отблески страха то и дело проскальзывают в глазах прокуроров, тщетно старающихся демонстрировать уверенность.

На первом процессе по делу "ЮКОСа" четыре года назад прокурор Шохин с подручными чуть ли не гнул пальцы, источая презрение к окружающим вкупе с гордостью за приобщение к сонму избранных, прозревающих будущее. Сейчас былая уверенность в собственной непогрешимости и безнаказанности куда-то улетучилась. Пока нет, конечно, каких-либо явных свидетельств перемен, угрожающих прокурорскому благополучию, но опытные чиновничьи носы улавливают какие-то тревожные колебания верхних слоев атмосферы.

Процесс обещает быть длинным, и его окончание придется на конец этого, а может и начало следующего года, когда фактор неопределенности, вызванный глобальным кризисом, начнет вмешиваться даже в самые проверенные расчеты.

То есть прокуроры по-прежнему продвигаются вперед в комфортабельном вагоне, но неясно, когда и где будет следующая остановка. Да и вообще непонятно, есть ли впереди рельсы...

Генетический инстинкт номенклатуры, сформировавшийся в сталинскую эпоху, напоминает гособвинителям, что с отработанным материалом Система расправляется, не обращая внимания на прошлые заслуги.

Жалко выглядит судья Виктор Данилкин, даже не пытающийся спрятать свой страх перед наглеющими прокурорами.

Человек, смиренно принимающий выпавший ему жребий √ озвучить утвержденное наверху решение. Наверное, ему не хочется брать страшный грех на душу, зачитывая очередное людоедское решение по делу "ЮКОСа". И в отличие от прокуроров он с надеждой вглядывается в мглистую даль будущего, стремясь разглядеть там знаки перемен. Перемен, которые принесут ему спасительную "рекомендацию" из Кремля √ судить по закону.

А пока Виктору Данилкину уготована роль "болванчика" в преферансе, где власть, не таясь, играет с подсудимыми и их адвокатами крапленой колодой. Рутинное "НЕТ" на все запросы стороны защиты. И разрешение прокурорам монотонно зачитывать бесконечные документы без необходимости отвечать на вопросы адвокатов о качестве представленных доказательств. Фактически приравняв своим решением исследование доказательств к их озвучиванию стороной обвинения, судья Данилкин лишил процесс состязательности.

29 апреля первая половина дня была посвящена ответу прокуроров на наглое требование защиты об отводе прокурора Гюльчехры Ибрагимовой. Да, конечно, Гюльчехра Бахадыровна в одном из своих выступлений сказала, что мнение Ходорковского никого не интересует, а с Лебедевым все равно обойдутся так, как и было задумано, но ведь любому нормальному человеку понятно, что эти высказывания характеризуют прокурора Ибрагимову как честного, исполнительного, хотя и немного эмоционального работника соответствующих органов. Совершенно нормальному судье Данилкину это было понятно и без лишних объяснений.

Но судебная волокита требует записывать и обнародывать решения судьи по всем полученным протестам и отводам. Поэтому, потратив в очередной раз полтора часа в "совещательной комнате", судья Данилкин зачитал мотивированный отказ, из которого любому непредвзятому наблюдателю должно было стать ясно, что в действиях прокурора Ибрагимовой нет ни малейших отклонений от процессуальных норм.

Кстати, финальный пассаж выступления Гюльчехры Ибрагимовой, обиженной несправедливыми наездами адвокатов, позволил мне несколько неожиданно по окончанию заседания вступить в увлекательный диалог с этой высокоученой дамой. Гордо сообщив, что все отводы в ее адрес и на предыдущих судах заканчивались ничем, она напоследок решила сразить собравшихся словами "всеми уважаемого Блеза Паскаля". Что-то о недоверии адвокатам, чьи труды щедро оплачиваются.

Я не удержался от искушения спросить у нее, как она прокомментирует другое высказывание того же Паскаля √ о тех, кто подменил силу закона законом силы. (Более точный перевод с французского оригинала при сохранении игры слов "Ne pouvant fortifier la justice, on a justifiе la force" √ "Не сумев придать силу закону, они сделали законом силу").

Наша интеллектуальная беседа началась с требования Гюльчехры Бахадыровны к стоящему рядом корреспонденту "Эха" немедленно выключить запись.

Далее она сообщила, что всегда относилась ко мне с огромным уважением и даже за меня голосовала. А сейчас она просто в шоке, увидев человека с непререкаемым авторитетом в такой компании.

(Судя по контексту, имелись ввиду "болельщики Ходорковского", как г-жа Ибрагимова уничижительно называет приходящих на процесс людей).

Мое замечание, что она меня с кем-то спутала, так как я никогда в выборах не участвовал, собеседницу смутило, а вот конкретное предложение открыть в Генпрокуратуре курсы русского языка, дабы помочь государевым слугам эффективнее клеймить расхитителей народного добра √ почему-то сильно разозлило. "Сами вы косноязычный, √ заверещала она. √ Вам лучше играть в шахматы, чем протирать здесь штаны". Спонтанная пикировка завершилась уже на лестнице моими словами: "Лучше делать что угодно, чем торговать собственной профессией".

Во время второй половины заседания та же Ибрагимова зачитывала доказательства из 4-го тома уголовного дела (а их 188!). Одурманивающему эффекту бессмысленного словоизвержения позавидовал бы сам Кашпировский! Из потока информации о заседаниях советов директоров различных фирм, протоколов выемки документов из офисов этих (а может быть и других) компаний я уловил только то, что речь идет о событиях 1997-98 гг. На мой недоуменный вопрос Вадим Клюгвант и Каринна Москаленко только пожали плечами.

Статья 78 УК РФ о сроке давности, видимо, применяется лишь к "уважаемым людям". Таким, как Андрей Вавилов. Впрочем, прокуроры пока уверены, что деяния, совершенные Ходорковским и Лебедевым, относятся к категории "особо тяжких", где срок давности увеличивается до 15 лет.

А потом было оглашено очередное заявление Ходорковского, задающего конкретные вопросы и цитирующего документы, имеющие непосредственное отношение к делу. Документы, неопровержимо свидетельствующие о том, что инкриминируемые преступления на момент их предполагаемого совершения были частью общепринятой практики нефтяных компаний, в том числе и государственных. Но "волею" судьи Данилкина прокуроры избавлены от обязанности реагировать на подобные заявления. Заявления от тех, "чье мнение никого не интересует".

Но Михаил Ходорковский и Платон Лебедев выделяются на процессе не только своим очевидным интеллектуальным превосходством над Вертикалью и ее копошащимися слугами. Липкий страх, въевшийся в прокурорские и судейские души, не пристает к этим двум мужественным людям. Их выдержка и бесстрашие поражают.

И подсознательно (опять этот проклятый Фрейд!) прокурор Ибрагимова проговорилась, сказав, что все попытки подсудимых дискредитировать сторону обвинения √ не что иное, как стрельба из пушки по воробьям. Гюльчехра Бахадыровна правильно определила калибр противостоящих сторон на этом историческом судебном процессе.

Гарри Каспаров

Источник: Каспаров.Ru

 

СТАТИСТИКА
ПО ДЕЛУ
2 сентябрь 2021 г.
16 июнь 2021 г.
16 июнь 2021 г.
15 июнь 2021 г.
31 май 2021 г.
27 январь 2021 г.
18 январь 2021 г.
14 январь 2021 г.
15 декабрь 2020 г.
10 декабрь 2020 г.

© 2006 Фонд "В защиту прав заключенных"