Мне сегодня стало понятно, что вообще здесь происходит. По-видимому, это процесс, когда большой начальник, используя суд и прокуратуру как государственные учреждения, пытается свести личные счёты с крупными бизнесменами. Мне кажется, что по большому счёту, это унижает и суд и прокуратуру, потому что они вынуждены действовать не в защиту закона, а в защиту того самого частного посыла, который они получили сверху. Может кто-то кого-то обидел, и кто-то просто с кем-то сводит счёты. Но в любом случае получается, что прокуратура и сам судья не законы соблюдают, а пытаются доказать недоказуемое. Они пытаются найти в действиях крупного бизнеса преступления на пустом месте, ищут там, где их нет.

Сегодня мне показалось, что выступал вполне вменяемый свидетель, он толково отвечал на вопросы. Для меня в очередной раз стало понятно, что в деле много раздутых и выдуманных пузырей. Например, свидетель подтвердил, что английские тексты договоров и соглашений, переведены не полностью или неадекватно. Также я убедился, что все документы, которые ЮКОС представлял для слияния с «Сибнефтью», были подготовлены профессионально и по всем международным стандартам, и отражали ту деятельность, которая реально имела место.

Мне очень печально осознавать, что сторона обвинения выглядит предвзятой, откровенно слабой, недобросовестной. Это печально, потому что это дискредитирует суд. Когда смотришь из зала налево, то видишь в клетке людей, которые владеют ситуацией, чувствуют себя уверенно, ведут себя благородно и вежливо по отношению друг к другу и свидетелям. А с правой стороны, со стороны обвинения я вижу людей, которые, скажем вежливо, менее компетентны. К сожалению, идёт процесс дискредитации таких важнейших институтов государства, как суд и прокуратура. Идёт дискредитация таких представлений, как справедливость, порядочность и в этом виновата только действующая власть, ни Ходорковский, ни Лебедев.